Podcast #19 Drink Like a Mensch

Подкаст
31 минута

Скачать эпизод целиком (mp3) | Слушать на: Apple Podcasts | Яндекс Музыка | Spotify | TuneIn | BookmateНемного водки нужно взять, но только как человек (mensch), а не как скотина (goylem) – вся философия еврейского пьянства в одной строке из идишской застольной песни. В новом выпуске подкаста Radio Eshkolot музыкант и собиратель фольклора Илья Сайтанов и лингвист Александра Полян рассказывают удивительную историю музыки и текста песни "Az me nemt a bisele bronfn" с этнографическими материалами и концертной записью группы «Лакоча».«Немного водки нужно взять» (Az me nemt a bisele bronfn)Транскрипция данного исполненияЗапись в литературной фонетике (латиница)Запись в литературной фонетике (идиш)Перевод A’ mi’ nemt a bisele branf’,
 Daf men zugn: Borukh!
 A bisele branfn daf men nemen,
 Ober  azey vi es shteyt in   «Shulkhan orukh»!

 Oy, ikh vel nit gamvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 A’ mi’ nemt a bisele branfn,
 Daf men zugn: ato!
 A bisele branfn daf men nemen,
 Ober  vi Avraam unzer tato!

 Oy, ikh vel nit gamvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 A’ mi’ nemt a bisele branf’,
 Daf men zugn: Adenuy!
 A bisele branfn daf men nemen
 Ober vi a yid un nit vi a goy!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 A’ mi’ nemt a bisele branf’,
 Daf men zugn: Eleheynu!
 A bisele branfn daf men nemen
 Ober vi undzere oves aviseynu!

 Oy, ikh vel nit gamvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 [A’ mi’ nemt a bisele branfn,
 Daf myn zogn: melekh!
 A bisele branfn daf men nemen
 Ober vi unzer tate rebe melekh!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis]

 A’ mi’ nemt a bisele branfn,
 Daf men zugn: melekh ha-eylum!
 A bisele branfn darf men nemen
 Ober vi a ments un nit vi a   geylum! Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zogn: Borekh!
 A bisele bronfn darf men nemen,
 Ober  azoy vi es shteyt in «Shulkhn   orekh»!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zogn: ate!
 A bisele bronfn darf men nemen,
 Ober vi Avrom undzer tate!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zugn: Adoynoy!
 A bisele bronfn darf men nemen
 Ober vi a yid un nit vi a goy!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zogn: Eloyheynu!
 A bisele bronfn darf men nemen
 Ober vi undzere oves avoyseynu!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis

 [Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zogn: meylekh!
 A bisele bronfn darf men nemen
 Ober vi undzer tate rebe meylekh!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis]

 Az me nemt a bisele bronfn,
 Darf men zogn: meylekh ha-oylem!
 A bisele bronfn darf men nemen
 Ober vi a mench un nit vi a goylem!

 Oy, ikh vel nit ganvenen,
 Ikh vel aleyn nemen! – bis   אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: ברוך!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער אַזוי ווי עס שטייט אין "שולחן   ערוך"!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל

 אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: אתּה!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער ווי  אבֿרהם אונדזער טאַטע!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל

 אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: אדוני!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער ווי אַ ייִד און ניט ווי אַ גוי!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל

 אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: אלהינו!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער ווי אונדזערע אָבֿות אבֿותינו!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל

 [אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: מלך!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער ווי אונדזער טאַטע רבי מלך!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל]

 אַז מע נעמט אַ ביסעלע בראָנפֿן,
 דאַרף מען זאָגן: מלך העולם!
 אַ ביסעלע בראָנפֿן דאַרף מען נעמען,
 אָבער ווי אַ מענטש און ניט ווי אַ גולם!

 אוי, איך וועל ניט גנבֿענען,
 איך וועל אַליין נעמען! – צוויי מאָל Когда берут [выпивают] немного водки,
 Нужно сказать: «Борэх!» [благословен]
 Немного водки нужно взять [выпить],
 Но только так, как написано в «Шулхн-Орех» [«Шульхан   Арух»]! Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза

 Когда берут немного водки,
 Нужно сказать: «Атэ!» [Ты]
 Немного водки нужно взять,
 Но только как наш отец Авраам!

 Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза

 Когда берут немного водки,
 Нужно сказать: «Адойной!» [Господи наш]
 Немного водки нужно взять,
 Но только как еврей, а не как гой!

 Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза

 Когда берут немного водки,
 Нужно сказать: «Элойhэйну!» [Боже наш]
 Немного водки нужно взять,
 Но только как наши праотцы! Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза

 [Когда берут немного водки,
 Нужно сказать: «Мэлэх!» [Царь]
 Немного водки нужно взять,
 Но только как наш отец, царь-ребе!

 Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза]

 Когда берут немного водки,
 Нужно сказать: «Мелех hа-ойлэм!» [Властелин мира /   Царь мира]
 Немного водки нужно взять,
 Но только как человек, а не как скотина*!

 Ой, я не буду красть,
 Я сам возьму! – два раза* - буквальный перевод – «голем» или «истукан», но «скотина» подходит лучшеРассказывает Илья Сайтанов:Эту песню я услышал и записал в 2016 году от Раисы Семёновны Синельниковой. Она живёт в Москве, родилась в Витебске в 1938 году, в детстве услышала много песен на идише, которые поёт до сих пор. Песня застольная, с призывом «давайте выпьем». Выпить предлагается не просто так, а в каждом куплете по-особому:- Как написано в «Шулхан орох»;- как Авраам,  наш отец;- Как наши общие предки;и так далее, вплоть до «как человек, а не машина», дословно стоит «как человек, а не как голем».При этом, предлагается ещё что-то сказать – и это другая особенность текста этой песни: в нём зашифрована телестихом вводная часть благословения (брахи) (телестих, это как акростих – только нужные слова стоят не в начале, а в конце строки):A’ mi’ nemt a bisele branf’, daf men zugn: Borukh!A’ mi’ nemt a bisele branfn, daf men zugn: Ato!A’ mi’ nemt a bisele branf’, daf men zugn: Adenuy!И так далее, из последних слов строки собирается Borukh ato adenuy eleheynu melekh ha-eylum.Послушаем Раису Семёновну.Песня эта зафиксирована в литературе, в том числе в сборнике Гинзбурга и Марека 1901 года, так что она, как минимум, XIX века. Но в советское время, во времена гонений на религии, этот телестих стал новой возможностью – этакой фигой в кармане: мы, мол, поём обычную застольную песню, а кто поймёт, что тут зашифрована молитва?Отдельно интересно обсудить музыкальную сторону происходящего. Мелодия куплета явственно отсылает нас к литургической музыке, канторскому пению, примерно такому. Песню «Аз ме немт» приводит в своём сборнике «Thesaurus of Hebrew oriental melodies»,  Абрахам Цви Идельсон,и пишет о ней:«так называемый «учебный» лад, используется при изучении Талмуда и в литургии в частях, взятых из талмудической литературы».Но это можно сказать только о куплете, припев же, напротив, ритмически напоминает «Ах мой милый Августин», и похож на мажорную немецкую или австрийскую застольную песню.И действительно, припев, вероятно, попал в эту песню в результате контаминации. Во-первых, он никак связан с куплетом по тексту («я не буду воровать, я только буду брать»), во-вторых резко отличается мелодически. И, главное, известны другие песни, в которых фигурирует такой припев. В их числе воровская песня, которую Зисл Слепович записал в исполнении Стерны Городецкой, опубликованная на сайте замечательного проекта “Yiddish song of the week”.Здесь уже припев логически связан с куплетом: «Я пойду на рынок за грушами – я не буду воровать, я только возьму». И ещё один интересный аспект – это язык, особый диалект идиша, в котором звучит «а' ми' немт» вместо «аз мен немт», «бранфн» вместо «бронфн» и «даф» вместо «дарф».Рассказывает Александра Полян:Действительно, «бранфн» вместо «бронфн» и «даф» вместо «дарф» - это диалектные черты. Они указывают на то, что текст сложен на одном из северных диалектов восточного идиша – это диалекты, распространенные в Прибалтике, прежде всего – в Литве, в Белоруссии, в западных областях России и в некоторых областях Украины. Носителей этих диалектов нередко называют литваками.Диалекты восточного идиша отличаются друг от друга прежде всего произношением гласных. Для северных диалектов характерно произнесение [о] там, где в южных диалектах [у] (например, в этой песне поется «Борэх», а не «Бурэх»), произнесение [у] там, где в южных диалектах [и] (поэтому в этой песне поется «ун(д)зэр», а не «индзэр») и произнесение [эй] там, где в южных диалектах [ой] (поэтому в этой песне – «азэй» и «гэйлум», а не «азой» и «гойлэм»).  Что касается последнего слова – в этом проявляется еще одна черта фонетики северных диалектов: нейтральный гласный в заударном слоге в них нередко получает окраску [у], поэтому «гойлэм» превращается в «гейлум», «ойлэм» - в «эйлум», «Борэх» - в «Борух», а «Шулхн орэх» - в «Шулхн орух». Кроме того, в северных диалектах происходит еще т.н. недоразличение шипящих согласных: Ш может путаться с С, Ж – с З, Ч – с Ц. На слух носителей южных диалектов, литваки «шепелявят». Так вот, в этой песне произносится «мэнц» вместо «мэнч» - именно по этой причине.Интересно, что исполнительница песни, которую записал Илья, - дама родом из Витебска – произносит два слова не в литвацкой фонетике. Это слова «зугн» (вместо литвацкого «зогн») и «Аденуй» (вместо литвацкого «аде(й)ной»). Видимо, это влияние носителей других диалектов, с которыми она общается.И последнее, что я хочу сказать про звуки – потом будет про слова и про смысл.Довольно занятный пример дает второй куплет: там рифмуются древнееврейское слово «атэ» (на современном иврите оно произносится как «атА» - ‘ты’) и славянизм «татэ» (‘папа’, ’отец’). По некоторой причине, о которой я сейчас расскажу, информантка произносит «атэ» как «ато» - и чтобы созвучие было полным, превращает «татэ» в «тато». Что же это за причина? В зависимости от ситуации, ашкеназские евреи по-разному произносят древнееврейские слова. Если эти слова – часть потока речи на идише, то они произносятся с переносом ударения к началу, обычно – на предпоследний слог, и с редукцией того, что осталось после ударения. Так, например, «шаббАth» превратился в «шАбес»; «суккОth» - в «сУкес», «мединА» - в «медИнэ», и т.д. При этом еще историческое долгое A перешло в О: «брахА» превратилась в «брОхэ», «парнасА» - в «парнОсэ», «мишпахА» - в «мишпОхэ». Если же эти слова произносятся в синагоге, во время чтения свитка Торы или публичного произнесения молитв, то в них обычно сохраняется ударение, а редукция минимальна: в синагоге читают на «шАбес», а «шабОс», не «сУкес», а «сукОйс», не «брОхэ», а «брохО». Эти две крайности впервые описал знаменитый идишист Макс Вайнрайх, назвав их merged Hebrew («встроенный», «вплавленный» иврит) и whole Hebrew («целостный», «сохранный» иврит). Впоследствии, в работе о фонологии ашкеназского иврита знаменитый ныне живущий идишист Довид Кац описал и ряд промежуточных стадий – например, когда еврей произносит благословение дома или вставляет небольшую цитату из древнееврейского священного текста в речь на идише. В этих случаях, скорее всего, ударение будет сдвинуто к началу, но редукция заударных гласных будет неполной: не «шАбес» и не «шабОс», а «шАбос». Именно к этому разряду относится и форма «Ато»: не «атО», как прочли бы в синагоге, и не «Атэ», как это было бы в потоке речи на идише.   Теперь о словах.Мне хотелось бы остановиться на двух словах – относительно их перевода мы было заспорили с Ильей.Первое из них – это «гойлэм». Песня предписывает нам всем пить «как человек, а не как гойлэм». Всем известна легенда о големе, которого создал пражский позднесредневековый раввин Лёв (на иврите он известен под акронимом Маѓараль). Можно было бы предположить, что здесь противопоставляются человек – и автомат. Но языковая логика идиша, видимо, иная. «Гойлэм» на идише – это дурак, дубина, неотесанный. «А лэйменер гойлэм» («глиняный голем») – так ругают неуклюжих недотеп. Исполнительница песни переводит «гойлэм» как «скотина». Я думаю, правда рядом, но не совсем тут: в еврейской картине мира нередко противопоставляются евреи – как люди, «улучшенные» иудаизмом, воспитанием, правилами повседневной жизни, - и неевреи, которые представляются «неотесанными» и необразованными. Думаю, что в данном случае «а гойлэм» - это «мужик», что подтверждается противопоставлением «а гойлэм» и «а мэнч» («а мэнч» в идише – фактически синоним слова «а йид», «еврей»). Более того, похожее противопоставление мы находим и в третьем куплете: «ви а йид ун нит ви а гой» - «как еврей, а не как гой».Второе слово - «алэйн». Припев гласит: «Ой, их вэл нит ганвэнэн, их вэл алэйн нэмэн». Информантка переводит это как «я не буду красть, я буду сам брать», и я ничтоже сумняшеся написала в переводе: «я не буду красть, я сам возьму». Но Илья обратил мое внимание на текст воровской песенки, который приводит Котылянский: там сказано «холилэ ништ ганвэнэн, нор нэмэн, нор нэмэн» - «не дай Бог не красть, только брать, только брать». Видимо, в нашей песне слово «алэйн» употребляется не в основном своем современном значении – «сам», «один», а в маргинальном, устаревшем – «только»: «я не буду красть, только возьму», или «просто возьму – и все».И на закуску – о структуре. В еврейском фольклоре есть немало песен, построенных на включении в текст древнееврейских вкраплений. Иногда обыгрывается их звучание, иногда – значение. Почти всегда древнееврейские слова рифмуются с германскими или славянскими.В нашей сегодняшней песне древнееврейские слова складываются в связную фразу. Это благословение, которое произносится перед тем как выпить водки: «Борух ато Адойной, элойейну мэйлэх а-ойлом, ше-а-койл ниѓйо би-дворой», в литовском произношении (это все – со средней степенью редукции): «Борух ато адейной, элейhэйну мелех а-эйлом, ше-а-кейл-ниѓйо би-дворей». «Благословен Ты, Господи, Боже наш, царь мира (властелин вселенной), по слову которого появилось все». Оно разбито на отдельные слова: по одному слову или словосочетанию на куплет. Текст, который записал Илья, заканчивается куплетом, в котором обыгрывается «мэйлэх а-ойлом».  Фольклор вариативен – и логично предположить, что существуют и другие варианты песни, в которых это благословение договорено до конца. Один из таких вариантов включен в первую антологию еврейских песен – сборник Гинзбурга и Марека, вышедший в Петербурге в 1901 г. Этот вариант тоже записан в зоне распространения северных диалектов – в Ковенской губернии, в Литве. Он довольно сильно отличается от того, который записал Илья. В нем нет припева, есть вводный куплет: «над рюмкой водки произнесу я благословение», одно из имен Бога богобоязненно заменено на эвфемизм «а-Шем».Приведем его целиком:ОригиналЗапись в литературной фонетике (латиница)Запись в литературной фонетике (идиш)Перевод Iber di glezl branfn
 Makh ikh a brokhe –
 In ir iz dokh do
 A greyse hatslokhe!

 Iber di glezl branfn
 Makh ikh: “Borukh” –
 Dos iz dokh a din
 In “Shulkhon-Orukh”.

 Iber di glezl branfn
 Makh ikh: “Ato” –
 Ven trinkt men branfn?
 Koeys-ato!

 Iber di glezl branfn
 Makh ikh: “ha-Shem” –
 Tsulib dem hobm mir
 A greysn farnem.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir: “Eleyheynu” –
 Ir hobm dokh getrunken
 Undzer oveys-aveyseynu.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir: “Melekh” –
 Vayl zi makht undz
 Zeyer freylekh.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir: “ho-eylom” –
 Mir trinken branfn
 Mit a greysn eylom.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir: “She-ha-keyl” –
 Vayl zi makht fun undz
 A greysn sakh-ha-keyl.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir dokh: “Nihyo” –
 Az mir hobm derlebt tsu trinken   shnaps,
 Hobm mir a zkhiye.

 Iber di glezl branfn
 Makhn mir: “bi-dvorey”
 Ver s’ken mer trinken,
 Iz a greserer srore! Iber dem glezl bronfn
 Makh ikh a brokhe –
 In ir iz dokh do
 A groyse hatslokhe!

 Iber dem glezl bronfn
 Makh ikh: “Borukh” (“Borekh”) –
 Dos iz dokh a din
 In “Shulkhon-Orukh” (“Shulkhn-Orekh”).

 Iber dem glezl bronfn
 Makh ikh: “Ato” (Ate)–
 Ven trinkt men bronfn?
 Koeys-ato!

 Iber dem glezl bronfn
 Makh ikh: “ha-Shem” –
 Tsulib dem hobm mir
 A groysn farnem.
 
 Iber dem glezl bronfn
 Makhn mir: “Eloyheynu” –
 Zi hobm dokh getrunken
 Undzere oveys-avoyseynu (oves-   avoyseynu).
 
 Iber de glezl bronfn
 Makhn mir: “Meylekh” –
 Vayl zi makht undz
 Zeyer freylekh.

 Iber dem glezl bronfn
 Makhn mir: “ha-oylom” (“ha-oylem”)–
 Mir trinken bronfn
 Mit a groysn oylem.

 Iber dem glezl bronfn
 Makhn mir: “She-ha-koyl” –
 Vayl zi makht fun undz
 A groysn sakh-ha-koyl.

 Iber dem glezl bronfn
 Makhn mir dokh: “Nihyo” (Niye) –
 Az mir hobm derlebt tsu trinken shnaps,
 Hobm mir a zkhiye.

 Iber dem glezl bronfn
 Makhn mir: “bi-dvoroy” (bi-dvore)
 Ver s’ken mer trinken,
 Iz a greserer srore!   איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַך איך אַ ברכה –
 אין איר איז דאָך דאָ
 אַ גרויסע הצלחה!

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַך איך: "ברוך" –
 דאָס איז דאָך אַ דין
 אין "שולחן־ערוך".

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַך איך: "אתּה" –
 ווען טרינקט מען בראָנפֿן?
 כּעת־עתּה.

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַך איך: "השם" –
 צוליב דעם האָבן מיר
 אַ גרויסן פֿאַרנעם.

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "אלוהינו" –
 זי האָבן דאָך געטרונקען
 אונדזערע אבֿות־אבֿותינו.
  
 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "מלך" –
 ווײַל זי מאַכט אונדז
 זייער פֿריילעך.

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "העלום" –
 מיר טרינקען בראָנפֿן
 מיט אַ גרויסן עולם.

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "שהכּל" –
 ווײַל זי מאַכט פֿון אונדז
 אַ גרויסן סך־הכּל.

 איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "נהיה" –
 אַז מיר האָבן דערלעבט צו טרינקען שנאַפּס,
 האָבן מיר אַ זכייה. איבער דעם גלעזל בראָנפֿן
 מאַכן מיך: "בדבֿרו" –
 ווער ס׳קען מער טרינקען, איז אַ גרעסערער   שׂררה! Над рюмкой водки
 Произнесу я благословение –
 Ведь в ней
 Большая удача!

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Борух» (Борэх) [Благословен]-
 Так велит
 «Шулхн-орэх» (Шульхан-арух).

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Ато» (Атэ) [Ты] –
 Когда пить водку,
 Если не сейчас?

 Над рюмкой водки
 Скажу: «А-шем» [Господи] -
 Ведь из-за водки
 Мы такие важные.

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Элойѓэйну» [Боже наш] -
 Ведь ее пили
 И наши праотцы.

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Мэйлэх» [Царь] -
 Потому что она нас
 Очень веселит.

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Ѓа-ойлом» (Ѓа-ойлэм) [мира] –
 Мы пьем водку
 В большой компании.

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Ше-ѓа-койл» [все] -
 Потому что от нее у нас
 Не бывает денег.
 
 Над рюмкой водки
 Скажу: «Ниѓйо» (Нийе) [появилось] -
 Раз мы дожили до того, чтобы пить водку,
 Значит, за нами есть заслуги!

 Над рюмкой водки
 Скажу: «Би-дворой» (Би-дворэ) [по слову   которого] -
 А кто может выпить больше,
 Тот еще больший аристократ!Промежуточный вариант – средний между тем, что приведен у Гинзбурга и Марека, и тем, что записал Илья, - находим в сборнике Зелигфельда и Кипниса. Песня называется по первой строке – «Аз мэ нэмт ди эрштэ койсэ» («Когда берешь первую рюмку») и содержит почти тот же припев, что и в варианте, который исполнила Р.С. Синельникова, - «Ой, мир вэлн мэр ништ ганвэнэн, / Мир вэлн алэйн нэмэн» («Ой, мы не будем больше красть, / только брать»).  В песне 9 куплетов – по числу слов в благословении, - и по ее тексту можно реконструировать недостающие куплеты, которые «недопела» Раиса Семеновна. Приведем три последние куплета из варианта Зелигфельда и Кипниса:Запись в литературной фонетике (латиница)    Запись в литературной фонетике (идиш) Перевод Az me nemt a gut bisl bronfn,
Darf men dokh makhn: “She-ha-koyl” –
Vayl zi makht fun undz
A groysn sakh-ha-koyl.Oy, mir veln mer nisht ganvenen,
Mir veln aleyn nemen.

Az me nemt di gor groyse koyse,
Darf men dokh zogn: “Nihyo” (Niye) –
Az mir hobm derlebt tsu trinken shnaps,
Hobm mir a zkhiye.

Oy, mir veln mer nisht ganvenen,
Mir veln aleyn nemen.

Az me makht dem faynem kidesh,
Darf men dokh endikn: “bi-dvoroy” (bi-dvore)  –
Vayl ver s’ken mer trinken,
Iz a greserer srore!Oy, mir veln mer nisht ganvenen,
Mir veln aleyn nemen. אַז מע נעמט אַ גוט ביסל בראָנפֿן,
 דאַרף מען דאָך מאַכן: "שהכּל" –
 ווײַל זי מאַכט פֿון אונדז
 אַ גרויסן סך הכּל.

 אוי, מיר וועלן מער נישט גנבֿענען,
 מיר וועלן אַליין נעמען.

 אַז מע נעמט די גאָר גרויסע כּוסע,
 דאַרף מען זאָגן: "נהיה" –
 אַז מיר האָבן דערלעבט צו טרינקען שנאַפּס,
 האָבן מיר אַ זכייה.

 אוי, מיר וועלן מער נישט גנבֿענען,
 מיר וועלן אַליין נעמען. 

 אַז מע מאַכט דעם פֿײַנעם קידוש,
 דאַרף מען דאָך ענדיקן: "בדבֿרו" –
 ווײַל ווער ס׳קען מער טרינקען,
 איז אַ גרעסערער שׂררה!,אוי, מיר וועלן מער נישט גנבֿענען 
.מיר וועלן אַליין נעמען  Когда выпиваешь хорошенький стакан водки,
 Нужно сказать: «Ше-ѓа-койл» [все] -
 Потому что от нее у нас
 Не бывает денег.

 Ой, мы не будем больше красть,
 Только брать.

 Когда выпиваешь огромный стакан,
 Нужно сказать: «Ниѓйо» (Нийе) [появилось] -
 Раз мы дожили до того, чтобы пить водку,
 Значит, за нами есть заслуги!

 Ой, мы не будем больше красть,
 Только брать.

 Когда хорошенько выпиваешь с благословением,
 Нужно завершить его: «Би-дворой» (Би-дворэ) [по слову которого] -
 Ведь тот, кто может выпить больше, -
 Еще больший аристократ!

 Ой, мы не будем больше красть,
 Только брать.Снова рассказывает Илья Сайтанов:Песня эта в своё время очень меня впечатлила, я её ходил и пел везде где можно, и конечно, принёс в группу «Лакоча». Оказалось, что спеть её не так-то просто. Оказалось, что песня застольная требует соответствующей обстановки. Только когда мы расставили бокалы, достали бутылку и приступили, с «Лехаим!» после каждого куплета, всё получилось как надо.Результат на этом видео: